На допросе сотрудник поправил галстук и вытолкнул из ноздрей на стол две батарейки.
Они отскочили и раскрылись — из каждой вылетело по осьминогу, оба налипли на лица детективов.
*в полёте один из осьминогов породил маленького осьминога, и тот сразу залепил камеру*
At the moment,
the cold soup was breaking.
Flying solid parts and fragments
looked good enough for a pocket.
People were statues
and moved slowly.
It was silent as never before
only ice cracking and breaths.
Встречаешь ты двоих агентов, имена у них Арайан и Бнна. Им насильно сменили имена и внушили комплексы, что так их никто никогда не полюбит, кроме них самих. И вот у них дикая мотивация охотиться именно за тобой охотиться и именно вдвоём. Ибо нет жизни другой.
Я не представляю, как можно использовать не чикалку.
Ножницы это что-то странное, будто ты отлыниваешь от пошива костюмов для Барби и Верта Веллера.
Пилка да.
Но я знаю одного чела, который вообще чисто канцелярским ножом пользуется.
Дата-дилер, прислонившись к проводам, отпил горечи из ладошки на фоне текущих злых данных на сервере. Потом пошёл к другому серверу — с добрыми данными и всунул в поток своё лицо.
Что ему ещё оставалось делать-то.
В салоне красоты клинетка полностью израсходовала ресурс Сюзанны.
Об этом по-злому заявила администраторша, взмахнула головой, обмотала косой шею клиентки и притянула её к себе, к ресепшену
Humanity is doomed.
We had a zero-calorie, zero-glycemic Coke with stevia that tasted almost like the real thing. People couldn’t tell the difference from sugar, so Coca-Cola killed it.
RIP Coca-Cola Life. The perfect cola died because normies have dead taste.
@Niketas Если сравнить объем того, что можно получить за 60$ в год от любых курсов и от дуолинго, то всё встанет на свои места.
Не говоря уже об аспекте практики при обучении чему угодно.
Grok и остальные — это революция лишь потому, что представьте, сколько людей задало такие вопросы, которые никогда в жизни не задали бы человеку или любому близкому. Это великая терапия и ответственность.
Сосед делает ремонт в субботу ночью. Звуки всех его перфораторов и инструментов расщепились на полсекундные отрезки и заели вместе в потоках, повторяясь с нечеловеческой точностью. Каждый поток начинает меняться, иногда вступает экскаватор, прыгающая дверь или дикий голос.