Не идет из головы вот это видео из Татарстана, которое сейчас широко разошлось по соцсетям. Это рассказ телеканала "Звезда" о заводе в ОЭЗ "Алабуга", где производят дроны "Герань". Те самые беспилотники-камикадзе, что каждую ночь летят на украинские города, убивают людей, разрушают жилые дома, больницы, электростанции — всё, куда попадают.
И вот на видео реальное производство. Завод. Графики. Плакаты. Начальство. Зарплаты и премии за перевыполнение плана. Люди, которые ходят на смену, пьют чай в столовой, обсуждают повышение цен и ипотеку — и каждый день усердно собирают оружие массового террора.
Я пытаюсь представить как они живут с этим. Неужели не задаются вопросом: что именно они делают своими руками? Неужели никто не чувствует ужаса от осознания, что прямо сейчас их труд станет смертью для кого-то? Для старика, задохнувшегося под завалами. Для ребёнка, которому не успели вынуть осколок. Для женщины, которую убило в собственной квартире на десятой неделе беременности.
Я не говорю о каком-то "путинском режиме". Нет, я сейчас о тех людях, которые аккуратно собирают корпус беспилотника, подключают начинку, тестируют двигатели и электронику. О тех, кто не видит в этом ничего особенного. Кто говорит себе: "Ну а что я могу сделать? Работа такая". Или, хуже, с гордостью постит в соцсети: "Делаем технику для фронта!"
Я вижу, что случилось что-то страшное. Настолько страшное, что это уже не объяснить ни страхом, ни пропагандой, ни бедностью. Это полная потеря морали, границ человечности, сострадания. Полная деградация этического чувства — того самого внутреннего ориентира, который должен подсказывать: так нельзя. Нельзя делать руками то, что потом будет лететь убивать людей в соседней с тобой стране, которые не сделали тебе ничего плохого. Людей из самого близкого к тебе народа, с которым ты говоришь почти на одном языке. Нельзя закрывать глаза на очевидное: ты — часть этого убийства, даже если сидишь в цеху и просто паяешь провода.
Когда человек больше не чувствует этой грани — между "работой" и "злом", между "приказом" и "преступлением", — начинается самое страшное. Начинается соучастие.
И именно так это и выглядит сегодня. Молодые ребята в этой "Алабуге", только вчера окончившие школу, старательно собирают начинку для боевых дронов. Им не говорят, что этим оружием будут бить по школам в Харькове или по роддому в Днепре. Или говорят — и им всё равно. Потому что им дали общежитие, поставили цели по выработке, пообещали карьеру и – главное – отключили мысль. Мысль, что это зло.
Россияне привыкли "не думать". Привыкли к параличу совести. "Мы вне политики". "Мы просто выполняем работу". Но ведь именно так и работает система зла — руками обычных людей, которые решили не спрашивать себя, где грань между жизнью и убийством, между профессией и преступлением.
И за это, я уверен, наступит расплата. Если не юридическая, то человеческая. Историческая. Моральная. Потому что собирать оружие, убивающее мирных людей, — это не "нейтральное действие". Это и есть участие в войне. Это и есть соучастие в преступлении.
Когда всё закончится, им всем придётся жить с этим знанием. Кто-то забудет, кто-то будет оправдываться, кто-то — мучиться. Но никто уже не сможет сказать: "Я не знал". Потому что все знали. Только сделали вид, что не важно. Что это просто работа. Просто дрон.
А на том конце — просто чья-то жизнь. Которая теперь разрушена тобой.
Кому було мало його каденції ?Хто хоче ще повторити?Кому байдужа доля України,аби олігархія була сита ?УКРАЇНА-це мій дім,я тут живу,тут живуть мої діти.Я нікуди виїджати не збираюсь.Я не хочу шоб Порошенко, керував моєю долею.Він не наш, він Лондонський(https://t.co/7yi8geihUZ
Майбутнє житиме своє щасливе життя на костях піхоти. Діти і дорослі, всі.
А моя піхота це Михась, який пішов захищати наречену і майбутню дитину. За рік наречена попросила не приїздити додому у відпустку, бо їй треба розібратися в собі. Вона розібралась і тепер у Михася немає куди приїжджати.
Моя піхота це Вітька. Вернувся без ноги, на роботу в селі не беруть, жінка плаче, Вітька бухає. Виплати по пораненню закінчилися. Вітька каже краще б вмер, хоч дітям гроші.
Моя піхота це Рома, який відмовився від евакуації, довгі години чекав підкріплення і повз в пеклі, щоби забрати двох наших мертвих. Тепер він живе у великому місті, люди в метро сидять біля нього і голосно сміються і все це виглядає так, ніби він звичайна людина. А він - Герой.
Моя піхота це Олена з Буковини, яка літає на великих безпілотниках. Коли вона пішла воювать, чоловік трошки попишався нею і подав на розлучення. Олена знає що не повернеться, хоче лише забрати з собою побільше ворогів.
Моя піхота це найкращі, найкращі, найкращі, найкращі, найкращі, найкращі, найкращі, найкращі, найкращі, найкращі, найкращі, найкращі, найкращі, найкращі, найкращі, найкращі, найкращі, найкращі.
😡Она отправила мужа убивать украинце!Орчиха надеялась заработать,но по итогу и она,и её муж получили по заслугам
Везде отказ.Муж погиб,но записали его как без вести пропавшего,теперь ни мужа,ни денег.Матери 6 детей самой нужно за все платить по счетам,никакой "благодарности"🤪
Червоний Хрест наполіг на шторках у душових для російських полонених — мовляв, без них порушується їхнє право на приватність.
*
А в росії наших полонених шторки є?
Червоний Хрест охуїв!!
Оленівку, ски, чому не перевіряли!!
Від злості рве душу на шматки!
Що не так з українцями ?
Що б не зробив Зеленський, все не так.
Мільярд дерев він не посадив.Та ясно,що за рік не засадити голі Карпати, які продав порошенко за єароасоціацію,та знищені за попердників бурштинокопачами ліси.
Мільйон дронів Є!
А скільки було гамна сказано.
..