Сделай скидку на возраст, отнесись с почтением, а то и скрытую (очень глубоко!) мудрость за то, что у кого-то +Х лет. Качество ≠ количество, отсылка к возрасту не обеляет поступки и не делает человека лучше. Это базовое достижение каждого живого, неуникальное и не извиняющее.
Бритва Хэнлона в работе: «меня газлайтят» –парализующая позиция жертвы, якобы против вас ведется спланированная атака. Позиция «мы – разные, давай уточним» – исследователя\аналитика. Она возвращает контроль, перестаешь искать врагов и начинаешь настраивать протокол совместимости.
Депрессивный человек изнуряет и себя, и окружающих, поэтому самоопыляясь и подпитываясь среди подобных себе же, проблема подкрепляется и разгоняется, но не решается. Не умея выйти за пределы собственного нарциссизма, быть снаружи, он изнашивает себя же, сгорая в хомячьем колесе.
Быть как компьютер = быть аутистской вычислительной машиной, исключить конструктивную негативность: важны и сомнения, и ошибки, и нерешительность, и сдержанность, и скука, и злость, которые происходят через измерение Другого. Само мышление – эмфатическое, а не голое вычисление.
Одержимость математической формализацией, помещение языка только в утилитарную рамку из серии что вижу — о том пою, действительность описываю, как нормис коммуницирую, — исключает аффекты говорящего, не сводимые к грамматике и репрезентации.
перефразируя Белинского: «Когда хочется агонии, экстаза, священного безумия, и крика, самого раздирающего и досемантического, а алгоритмы шепчут: это не для тебя — масштабируй воспроизводство некросинтаксиса».
Одержимость безумной экономией, опьяняющей фетишизацией вещей и шопоголизма, вездесущим спасением себя в духе христианства, биовласти, сгущающей панику вокруг цифр анализов вашей туши, представляют танатотехнику, которая служит тому, чтобы упразднить смерть, заговорить ее.
жаль, что этот набросок для несостоявшейся дискуссии уже не пригодится, так как адресат оказался внезапно смертен, чьими последними отправленными словами была цитата про безумие.
Нашла в заметках расписанную связь ритуала крещения железнорождённых с культурой самураев, premeditatio malorum и концепцией Фуко (в «Говорить правду о самом себе») в единой стратегии сознательного проживания и преодоления смерти как практике обретения свободы и мужества.
Бродя в нарциссическом королевстве кривых зеркал, где в других ты видишь блики себя (а не Другого), нуждаешься лишь в их одобрении и засвидетельствовании, упрощая до объектов для удовлетворении твоих потребностей в жестком договоре.
«Yes, you can» — модерновый достигатор в вечной гонке от внутренней пустоты за новизной и потреблением впечатлений в добровольном рабстве внешних стандартов. Его напускное всемогущество иллюзорно, он играет в одомашненный риск, а свобода умещается в кредитке.
То, как в «Точке кипения» или «Медведе» команда поваров хором скандирует на кухне «yes, chief!» после каждого слова шефа, тянется корнями из армейского «yes, sir!», эдакий привет системы власти, которая одомашнилась на гражданке, но по сути те же ритуалы строя.
По инерции люди реагируют не на суть чужой проблемы, а на форму, в которую облачен объект жалоб, т.к. нет доступа к внутренней интенсивности проживания этой проблемы, а только к его выражению, которое не обязательно сопоставимо с реальной тяжестью, но весьма убедительно звучит.
OST 3го сезона сериала Белый Лотос, написал Кристобаль Тапиа де Вир (Утопия, Черное зеркало), в котором слышится сэмп Burial "Endorphin", который, в свою очередь засемплировал OST из Silent Hill 3 (а я собираю саундтреки хорроров). Вот вам и призрак сквозь призрака помахал.
так, чтобы они увидели, что я становлюсь другим ценой собственной смерти. Немой протест симптома и шумное неистовство конвульсии записаны в символической системе. В нее не хочется, да и невозможно войти, чтобы ответить. Это прежде всего отвращение.
Когда пенка — эта кожица на поверхности молока, беззащитная, тонкая, как папиросная бумага, жалкая, как обрезки ногтей, — прикасается к губам, спазм в глотке и еще ниже, в желудке, животе, во всех внутренностях, корчит в судорогах все тело, выдавливает из него слезы и желчь,
и рвота, вызванная этими молочными пенками, сгибает пополам. Эта деталь, может быть незначительная, но которую родители находят, заряжают, поддерживают и навязывают — эта ерунда выворачивает наизнанку как перчатку, внутренностями наружу.
Свет может встроится в историю освобождения и политическую идеологию, как в фильме Беднарски Neon (2014), где гнутые трубы и инертный газ стал символом надежды, так и световой смертельной ловушкой для перелетных птиц, как мемориальная световая инсталляция Башен-Близнецов.
Огни вывесок, ритмичный гул шоссе, игла беспроводной информационной эпохи, вязкой паутины онлайна, неосязаемого контроля и мусорной информации — все это изгнало тьму из города, если живёшь уткнувшись в цифровой экран, где идёт ежеминутное засвидетельствование своего состояния.